Reccurence of endometrioid ovarian cysts and possible ways to its reduce

Cover Page

Abstract


Aim. Comparative evaluation of the effectiveness of various types of hormone therapy for the prevention of relapses of endometrioid cysts (EC), based on clinical observation and data analysis.

Materials and methods. Retrospective analysis of 122 patients (the average age 31.7±6.12 years) with laparoscopically confirmed endometriosis. Patients were divided into groups, according to the treatment options – aGnRH (n=11), COCs (n=13), dienogest (Visanne®) (n=56). A comparison group included 42 patients who did not receive hormone therapy. There were evaluated the number of reccurence in the group without therapy and in groups with different options for hormonal therapy.

Results. Among patients treated with hormone therapy, the recurrence rate of EC was 3.75%, among those who have not received therapy – 38.1%. Of these, 31.1% of patients had recurrence rate of EC during the first year, 37.8% during 3 years, and 31.1% after 3 years. After suppressive therapy was discontinued, the relapse rate in the aGnRH group was 63.6%, COC – 50%, dienogest – 24%.

Conclusions. In addition to evaluating the ovarian reserve before and after surgical treatment, management tactics for patients with EC should include the long-term administration of dienogest as an anti-relapse therapy.


Full Text

Распространенность эндометриоза среди женщин репродуктивного возраста достигает 10%, пик заболеваемости приходится на возраст 25–35 лет [1, 2]. В структуре НГЭ доля эндометриоза яичников составляет 17–55%. [3–6]. При наличии эндометриоидных кист (ЭК) размерами 4 см и более, а по некоторым рекомендациям более 3 см, проводится их удаление, что способствует уменьшению болевого синдрома и улучшению качества жизни пациенток. Частота послеоперационных рецидивов эндометриоза в случае последующей выжидательной тактики ведения в течение 2–5-летнего периода достигает 40% [7–8]. Эксперты Американского колледжа акушеров-гинекологов считают, что реальная частота рецидивов эндометриоза может быть даже более высокой, чем обычно сообщается в литературе. Это связано с тем, что в ряде публикаций рецидив рассматривают как возникновение характерных для эндометриоза клинических симптомов, в то время как бессимптомные ЭК могут не учитываться [9]. По результатам динамического ультразвукового исследования C. Exacoustos и соавт. установили, что в течение 3-летнего периода после лапароскопического удаления эндометриом частота рецидивов (появление эндометриом более 10 мм в диаметре) составила 26,4%, из них в 24% случаев наблюдалось бессимптомное течение [10, 11].

Как известно, после удаления ЭК отмечается снижение овариального резерва и увеличение риска развития ятрогенной формы преждевременной недостаточности яичников. В связи с этим одной из наиболее важных проблем является профилактика рецидивов эндометриоза и повторных оперативных вмешательств. Более того, результаты недавно проведенных исследований показали, что оперативное лечение по поводу перитонеального или овариального эндометриоза ассоциируется с риском развития глубокого инфильтративного и колоректального эндометриоза, что увеличивает риск повторных операций [12, 13].

В настоящее время в качестве вариантов послеоперационной гормональной терапии эндометриоза рассматривают использование прогестагенов в непрерывном режиме, в том числе левоноргестерелсодержащей внутриматочной системы (ЛНГ-ВМС), агонистов гонадотропин-рилизинг гормона (аГнРГ) или комбинированных оральных контрацептивов – КОК (off-label), которые не оказывают существенного влияния на хроническую тазовую боль (ХТБ). Однако исследований по сравнительной эффективности разных вариантов гормонотерапии все еще недостаточно, чтобы сделать вывод о наиболее оптимальном лечении. Одна из причин – это ограничение длительности терапии, как в случае с аГнРГ, другая – развитие побочных эффектов и снижение комплаентности пациенток к лечению, а также неориентированность врачей на проведение длительной супрессивной гормонотерапии.

Цель настоящего исследования – сравнительная оценка эффективности различных видов гормонотерапии для профилактики рецидивов ЭК.

Материалы и методы

В ретроспективное исследование были включены 122 пациентки в возрасте от 19 до 47 лет (средний возраст 31,7±6,12 года) после проведенного оперативного лечения по поводу генитального эндометриоза, включающего цистэктомию. Проведен ретроспективный анализ частоты рецидивов ЭК на фоне разных видов гормонотерапии или ее отсутствия, а также после отмены лечения. После оперативного лечения 65,6% (80/122) больных получали противорецидивную супрессивную гормонотерапию: 11 больных – в виде ежемесячных инъекций аГнРГ (диферелин 3,75 мг, гозерелин 3,6 мг), 56 – получали диеногест (Визанна®) 2 мг/сут в непрерывном режиме, 13 – КОК, преимущественно содержащие диегногест. Группу сравнения составили 42 пациентки, не получавших терапию после оперативного вмешательства. Проводился анализ данных ультразвуковых исследований органов малого таза в динамике с частотой 1 раз в 6 мес. Овариальный резерв оценивали по уровню антимюллерова гормона (АМГ) в сыворотке крови до оперативного лечения и в течение 3 мес после него. В основной группе проводился анализ уровня СА-125 в сыворотке крови до операции, спустя 1 и 6 мес после оперативного лечения.

Для статистического анализа материала использовали программу SPSS (IBM Statistical Package for the Social Science, 21 версия). Все данные представлены как средние ± стандартное отклонение. Сравнение проводили с помощью U-теста Манна–Уитни, для выявления корреляций был использован метод Спирмена. Статистическими значимыми считали результаты при достижении уровня ошибки р<0,05.

Результаты

Как видно из данных, представленных в табл. 1, статистически значимых различий по возрасту и индексу массы тела (ИМТ) между пациентками сформированных групп выявлено не было. Частота бесплодия была несколько выше в группе пациенток, получавших аГнРГ, однако статистически значимых различий не установлено.

 

Таблица 1. Основные клинические показатели пациенток, включенных в исследование

Table 1. The main clinical indicators of patients included in the study

Параметр

аГнРГ (n=11)

КОК (n=13)

Диеногест (n=56)

Без лечения (n=42)

р-value

Возраст, лет

32,7±7,53

28,2±3,8

31,6±5,28

32,9±6,65

0,125

ИМТ, кг/м2

20,8±1,1

21,1±0,8

20,5±0,9

21,0±0,8

0,354

Частота бесплодия, n (%)

5 (45,5%)

3 (23,1%)

12 (21,4%)

10 (23,8%)

0,13

Дисменорея, n (%)

8 (72,7%)

9 (69,2%)

33 (61,1%)

27 (64,3%)

0,87

ХТБ, n (%)

3 (28,0%)

4 (31,0%)

21 (38,0%)

15 (36,0%)

0,81

Аденомиоз, n (%)

6 (54,5%)

5 (38,5%)

22 (40,7%)

18 (42,9%)

0,72

Миома матки, n (%)

4 (36,4%)

3 (23,1%)

15 (27,8%)

10 (23,8%)

0,91

Размер ЭК, мм

25,1±11,46

23,9±10,7

36,7±16,6

33,2±21,2

0,065

Эндометриомы, n (%)

     

• Односторонние

7 (63,6%)

9 (69,2%)

39 (72,2%)

28 (66,7%)

0,915

• Двусторонние

4 (36,4%)

4 (30,8%)

15 (27,8%)

14 (33,3%)

• Менее 3 см

4 (36,4%)

6 (46,2%)

12 (21,43%)

10 (23,8%)

• 3–6 см

7 (63,6%)

7 (53,8%)

32 (57,14%)

24 (57,1%)

• Более 6 см

12 (21,43%)

8 (19,1%)

Глубокий инфильтративный эндометриоз, n (%)

5 (45,5%)

1 (7,7%)

26 (48,1%)

15 (35,7%)

0,054

Длительность терапии, мес

5,54±2,65

16,2±11,1

13,5±10,5

0

0,01

 

 

Дисменорея была характерна для 91 (64,8%) больной с ЭК, синдром ХТБ – для 43 (36%). У 53 (43,4%) пациенток был диагностирован аденомиоз, у 33 (27,0%) – миома матки с субсерозным или интерстициальным расположением узлов без деформации полости матки, у 48 (39,3%) – глубокий инфильтративный эндометриоз. Односторонние ЭК наблюдались в 69,7% (85/122) случаев, двусторонние – в 30,3% (37/122). Не было выявлено статистически значимых различий по размерам ЭК между пациентками, получавшими разные виды гормонотерапии и не получавшими лечения (табл. 1).

Оценка овариального резерва до оперативного лечения была проведена 24,6% (30/122) больным, снижение уровня АМГ<1,0 нг/мл наблюдалось у 10,0% (3/30). Среднее значение АМГ до операции составило 2,49±1,69 нг/мл, после – 1,48±1,29 нг/мл (р<0,01). Доля пациенток с низким уровнем АМГ повысилась до 26,7% (8/30). 73,7% (59/80) пациенток начали противорецидивную терапию без предварительной оценки овариального резерва.

Как видно из данных, отображенных на рис. 1, в структуре противорецидивной терапии преобладала монотерапия диеногестом. Необходимо отметить, что за исключением аГнРГ, которые назначались только 6 мес, терапия КОК и диеногестом носила долгосрочный характер. Средняя продолжительность приема КОК составила 16,2±11,1 мес, диеногеста – 13,5±10,5 мес.

Анализ уровня СА-125 показал, что до оперативного лечения его повышение отмечалось у 52,5% (64/122) больных (табл. 2). Через 6 мес после оперативного лечения на фоне супрессивной гормонотерапии было отмечено статистически значимое снижение уровня СА-125 в группе женщин, получавших диеногест (р<0,001). Средние значения уровня СА-125 в группах больных на фоне 1 и 6 мес терапии аГнРГ и КОК были ниже в сравнении с исходными уровнями до оперативного лечения, однако статистической значимости достигнуто не было (р=0,18).

 

Таблица 2. Динамика показателей СА-125 на фоне супрессивной терапии

Table 2. Dynamics of CA-125 indicators under suppressive therapy

 

аГнРГ (n=11)

КОК (n=13)

Диеногест (n=56)

До оперативного лечения

44,7±5,1

24,4±19,1

50,14±40,94

Через 1 мес после оперативного лечения

27,4±4,8

20,1±9,4

26,6±6,1

На фоне 6 мес терапии

26,8±22,7

13,3±7,8

14,62±5,32

р-value

0,18

0,18

0,001

 

На терапии аГнРГ рецидив ЭК был зафиксирован в 1 (9,09%) случае, на фоне КОК – в 2 (15,4%) случаях через 6 мес, на диеногесте – рецидивов не было. Среди пациенток, не получавших терапию, частота рецидивов ЭК составила 38,1% (16/42), кумулятивная частота рецидивов к концу 1-го года составила 11,9% (5/42), к концу 3-го года – 26,2% (11/42), к 5-му – 38,1% (16/42). Время от проведенного оперативного лечения до рецидива ЭК варьировало от 6 мес до 5 лет и в среднем составило 2,6±1,3 года.

Анализ частоты рецидивов ЭК после отмены гормонотерапии показал, что в группе пациенток, получавших терапию аГнРГ, рецидивы возникли у 63,6% (7/11) больных, после отмены КОК – у 50% (4/8), после отмены диеногеста – у 24% (6/25); р=0,019. Время возникновения рецидивов ЭК после отмены супрессивной терапии, а также их кумулятивная частота представлены на рис. 2. Обращает на себя внимание то, что значимых различий в частоте рецидивов ЭК через 1 год после отмены выявлено не было. Начиная со 2-го года после отмены гормонотерапии, рост частоты рецидивов прогрессивно увеличивался в группах аГнРГ и КОК, в то время как в группе пациенток, получавших ранее диеногест, частота рецидивов ЭК была в 2–3 раза ниже и не было отмечено значимой тенденции к кумулятивному росту.

Корреляционный анализ не выявил взаимосвязи между возникновением рецидива эндометриоза, клинико-анамнестическими данными и сопутствующей гинекологической патологией.

Обсуждение

Хирургическое лечение широко используется для лечения ЭК яичников, по некоторым данным эндометриоз является 3-й по частоте причиной госпитализации в гинекологические стационары [14]. Частота рецидивов ЭК колеблется от 6 до 67%, в зависимости от временного послеоперационного интервала, а также критериев, положенных в основу диагностики рецидива [15, 16].

Причины рецидива эндометриоза остаются до конца не изученными. Тем не менее, принято считать, что есть два возможных варианта патогенеза: рост остаточных поражений после недостаточной циторедукции эндометриоидных очагов и формирование очагов de novo. Следует отметить, что в большинстве случаев (88,7%) рецидивы ЭК возникают в ранее прооперированном яичнике [17]. Считается, что если ретроградный заброс содержимого полости матки может приводить к рецидиву эндометриоза брюшины, то ЭК могут развиваться из растущего фолликула или желтого тела [18]. С другой стороны, было показано, что при применении эксцизии по поводу эндометриомы риск рецидива эндометриомы ниже, а показатель фертильности выше, в сравнении с дренированием кист или абляцией. Иммунологические факторы также могут играть роль в рецидиве эндометриоза. Ранее было показано более высокое присутствие CD158a-положительных клеток естественных киллеров как в брюшной жидкости, так и в периферической крови у женщин с эндометриозом [19]. Представляется интересным, что даже после хирургического лечения или на фоне медикаментозного лечения их уровень не уменьшаются, что может приводить к поддержанию воспалительной среды и рецидиву.

. К факторам риска рецидива ЭК относятся молодой возраст, двусторонний характер поражений яичников, больший размер ЭК при первой операции, недостаточный объем оперативного вмешательства и более тяжелая степень распространенности по системе rAFS [20–25]. В исследовании F. Parazzini и соавт. сообщается, что 2-летняя частота рецидивов для эндометриоза I и II стадии составила 5,7%, тогда как для эндометриоза III и IV стадии – 14,3% [26]. Вместе с тем есть данные, что частота рецидивов не зависит от распространенности процесса.

Проведенный ретроспективный анализ не выявил взаимосвязи между частотой рецидивов эндометриоза, клинико-анамнестическими данными и сопутствующей гинекологической патологией. Единственным фактором, повлиявшим на риск рецидива ЭК, можно считать проведение послеоперационной адъювантной гормонотерапии. Важно учитывать, что риски рецидива ЭК, как и эндометриоза в целом, могут быть связаны с недостаточным объемом оперативного вмешательства. Более того, показатель частоты рецидивов ЭК зависит от длительности периода наблюдения после операции. В исследовании M. Busacca и соавт. было показано, что частота рецидивов за 4-летний период наблюдения после оперативного лечения различных форм эндометриоза составила 24,6, 17,8 и 23,7% для яичникового, перитонеального и глубокого инфильтративного эндометриоза соответственно. Частота рецидивов увеличилась с течением времени после операции, 8-летние показатели рецидивов составили 42, 24,1, 43,4% соответственно [27]. В исследовании X. Liu и соавт. сообщается, что частота рецидивов заболевания приблизительно одинаковая в течение первых 30 мес после операции, однако после этого периода риск резко возрастает, что подчеркивает целесообразность проведения длительной терапии [28]. В проведенном нами исследовании противорецидивную терапию не получали 34,4% больных, среди них частота рецидивов ЭК составила 38,1%, среднее время их возникновения – 2,5 года. Это в целом соответствует данным, приведенным в других исследованиях, и указывает на необходимость проведения долгосрочной противорецидивной гормонотерапии.

Рецидив ЭК, как и эндометриоза в целом, зачастую обусловливает необходимость проведения повторного хирургического лечения, что несет риски снижения овариального резерва. Резекция даже небольшой ЭК может быть связана с потерей яичниковой ткани и, как следствие, со снижением овариального резерва [29]. Полученные нами данные указывают на то, что доля пациенток с низким овариальным резервом или оккультной формой преждевременной недостаточности яичников после удаления ЭК увеличилась в 2,5 раза. К сожалению, эти результаты получены на небольшой выборке больных, поскольку предоперационное определение уровня АМГ было проведено лишь у каждой 4-й пациентки, включенной в ретроспективный анализ. Можно полагать, что скрининг уровня АМГ в сыворотке крови пациенток с ЭК на предоперационном этапе, особенно это касается женщин с нереализованной репродуктивной функцией, позволит индивидуализировать подходы к терапии и при необходимости проводить хирургическое лечение после сохранения генетического материала.

Рекомендации по проведению противорецидивной терапии эндометриоза пациенткам, перенесшим оперативное лечение и не планирующим беременность, приняты международными сообществами и не вызывают сомнений. До сих пор актуальным представляется вопрос о выборе оптимального варианта и длительности курса адъювантной медикаментозной терапии с целью снижения частоты повторных оперативных вмешательств, особенно у пациенток, перенесших резекцию яичников по поводу ЭК.

В литературе имеются достаточно противоречивые данные об эффективности применяемой в настоящее время гормонотерапии после оперативного лечения эндометриоза. Так, в исследовании L. Muzii и соавт. приведены данные о более низкой частоте рецидивов в 1-й год приема низкодозированных КОК в циклическом режиме и отсутствии различий в сравнении с группой пациенток, не получавших лечение, через 24 и 36 мес [30]. В исследовании K. Koga и соавт. также сообщается, что частота рецидивов существенно не изменилась в ответ на послеоперационную гормонотерапию аГнРГ, даназолом и КОК [22]. Другим важным аспектом применения КОК является режим терапии. По данным R. Seracchioli и соавт., частота рецидивов эндометриоза на фоне непрерывного и циклического режима КОК составила 8,2 и 14,7% соответственно, среди пациенток без терапии – 29% [31]. Согласно результатам проведенного нами исследования в течение первого года приема КОК было отмечено 2 случая рецидива ЭК, что с учетом малого размера выборки составило 15,4%. Однако после отмены КОК рецидивы ЭК были зафиксированы у 1/2 пациенток этой группы, в среднем через 23,3±15,8 мес после отмены лечения. На фоне 6-месячного курса аГнРГ был зафиксирован 1 случай рецидива ЭК в ранее прооперированном яичнике. Нельзя исключить, что это может быть связано с нерадикальным удалением ЭК, поскольку введение аГнРГ считается одним из наиболее эффективных методов лечения всех форм эндометриоза. Как и в случае с КОК, после отмены аГнРГ почти у каждой 2-й пациентки наблюдался рецидив ЭК. Столь высокая частота рецидивов, возможно, также связана с малым размером выборки, что накладывает некоторые ограничения на интерпретацию результатов. По данным исследования Y. Ota и соавт., частота рецидивов эндометриоза на фоне 5 лет приема диеногеста была оценена в 4%, в группе без терапии – в 69% [32]. Однако следует отметить, что, по нашим данным, на фоне терапии диеногестом, средняя длительность которой составила примерно 13 мес, рецидивов ЭК отмечено не было, а после отмены диеногеста частота рецидивов ЭК достигла 24% через 3 года после отмены. Это в 2–3 раза ниже в сравнении с группами пациенток, получавшими КОК и аГнРГ, где частота рецидивов после 3 лет отсутствия терапии достигала 50 и 64% соответственно. Полученные результаты указывают, что частота рецидивов после отмены гормонотерапии увеличивается прогрессивно. Если к концу 1-го года после отмены разных видов гормонотерапии статистических различий в частоте рецидивов ЭК не было выявлено, то после 3-го года вероятность увеличивается до 25–64%. При этом наиболее низкая вероятность рецидива отмечается в случае предшествующего приема диеногеста. Это подтверждает необходимость проведения не только терапии гестагенами, но и определяет целесообразность их длительного приема.

Заключение

Результаты ретроспективного анализа свидетельствуют о том, что удаление ЭК яичников без проведения последующей гормонотерапии сопряжено с возникновением рецидива заболевания у каждой 4-й пациентки к концу 3-го года и почти у каждой 2-й к концу 5-го года после оперативного вмешательства, независимо от возраста, размеров кист, их расположения и сопутствующего глубокого инфильтративного эндометриоза. Гормонотерапия существенно снижает риск рецидива ЭК или даже его нивелирует при назначении диеногеста. Прогрессивное увеличение частоты рецидивов ЭК яичников после отмены гормонотерапии свидетельствует о необходимости проведения максимально длительных курсов лечения при незаинтересованности женщины в беременности или отсроченном ее планировании при условии достаточного овариального резерва или наличия сохраненного генетического материала.

About the authors

Dmitrii V. Gusev

Kulakov National Medical Research Center for Obstetrics, Gynecology and Perinatology

Author for correspondence.
Email: doctor.dgusev@gmail.com
ORCID iD: 0000-0001-7661-3389

Russian Federation, Moscow

Research Officer

Viktoriia Yu. Prilutskaya

Sechenov First Moscow State Medical University (Sechenov University)

Email: anturiumvika@mail.ru
ORCID iD: 0000-0003-3319-182X

Russian Federation, Moscow

Graduate Student

Galina E. Chernukha

Kulakov National Medical Research Center for Obstetrics, Gynecology and Perinatology

Email: c-galina1@yandex.ru
ORCID iD: 0000-0002-9065-5689

Russian Federation, Moscow

D. Sci. (Med.), Prof.

References

  1. Bellelis P, Dias JA, Podgaec S et al. Epidemiological and clinical aspects of pelvic endometriosis – a case series. Rev Assoc Med Bras 2010; 56: 467–41. doi: 10.1590/s0104-42302010000400022
  2. Parasar P, Ozcan P, Terry KL. Endometriosis: Epidemiology, Diagnosis and Clinical Management. Curr Obstet Gynecol Rep 2017; 6 (1): 34–41. doi: 10.1007/s13669-017-0187-1
  3. Zegers-Hochschild F, Adamson GD, Dyer S et al. The International Glossary on Infertility and Fertility Care 2017. Fertil Steril 2017; 108 (3): 393–406.
  4. Kavoussi SK, Odenwald KC, As-Sanie S, Lebovic DI. Incidence of ovarian endometrioma among women with peritoneal endometriosis with and without a history of hormonal contraceptive use. Eur J Obstet Gynecol Reprod Biol 2017; 215: 220–3. doi: 10.1016/j.ejogrb.2017.06.028
  5. Eisenberg V, Weil C, Chodick G, Shalev V. Epidemiology of endometriosis: a large population-based database study from a healthcare provider with 2 million members. BJOG: An Int J Obstet Gynaecol 2017; 125 (1): 55–62. doi: 10.1111/1471-0528.14711
  6. Abbas S, Ihle P, Koster I, Schubert I. Prevalence and incidence of diagnosed endometriosis and risk of endometriosis in patients with endometriosis-related symptoms: findings from a statutory health insurance-based cohort in Germany. European journal of obstetrics, gynecology, and reproductive biology 2012; 160 (1): 79–83.
  7. Lee JH, Song JY, Yi KW et al. Effectiveness of Dienogest for Treatment of Recurrent Endometriosis: Multicenter Data. Reprod Sci 2018; 193371911877973
  8. Li X-Y, Chao X-P, Leng J-H et al. Risk factors for postoperative recurrence of ovarian endometriosis: long-term follow-up of 358 women. Journal of Ovarian Research 2019, 12(1). doi: 10.1186/s13048-019-0552-y
  9. ACOG Practice Bulletin. December 1999;
  10. Exacoustos C, Lanzi G, Romanini E et al. Laparoscopic removal of endometriomas: Sonographic evaluation of residual functioning ovarian tissue. J Am Assoc Gynecol Laparoscop 2003; 10 (3): S12.
  11. doi: 10.1016/s1074-3804(03)80035-x
  12. Exacoustos C, Zupi E, Amadio A et al. Recurrence of endometriomas after laparoscopic removal: Sonographic and clinical follow-up and indication for second surgery. J Minimally Invasive Gynecol 2006; 13 (4): 281–8. doi: 10.1016/j.jmig.2006.03.002
  13. Selcuk İ, Bozdag G. Recurrence of endometriosis; risk factors, mechanisms and biomarkers; review of the literature. J Turk Ger Gynecol Assoc 2013; 14 (2): 98–103. doi: 10.5152/jtgga.2013.52385
  14. Bozdag G. Recurrence of Endometriosis: Risk Factors, Mechanisms and Biomarkers. Women’s Health 2015; 11 (5): 693–9. doi: 10.2217/whe.15.56
  15. Velebil P, Wingo PA, Xia Z et al. Rate of hospitalization for gynecologic disorders among reproductive-age women in the United States. Obstet Gynecol 1995; 86: 764–9. doi: 10.1016/0029-7844(95)00252-m
  16. Busacca M, Marana R, Caruana P et al. Recurrence of ovarian endometrioma after laparoscopic excision. Am J Obstet Gynecol 1999; 180: 519–23. doi: 10.1016/s0002-9378(99)70247-4
  17. Morgante G, Ditto A, La Marca A, De Leo V. Low-dose danazol after combined surgical and medical therapy reduces the incidence of pelvic pain in women with moderate and severe endometriosis.
  18. doi: 10.1093/humrep/14.9.2371
  19. Guo SW. Recurrence of endometriosis and its control. Hum Reprod Update 2009; 15: 441–61. doi: 10.1093/humupd/dmp007
  20. Jain S, Dalton ME. Chocolate cysts from ovarian follicles. Fertil Steril 1999; 72: 852–6. doi: 10.1016/s0015-0282(99)00367-2
  21. Maeda N, Izumiya C, Kusum T et al. Killer inhibitory receptor CD158a overexpression among natural killer cells in women with endometriosis is undiminished by laparoscopic surgery and gonadotropin releasing hormone agonist treatment. Am J Reprod Immunol 2004; 51: 364–72. doi: 10.1111/j.1600-0897.2004.00170.x
  22. Saleh A, Tulandi T. Reoperation after laparoscopic treatment of ovarian endometriomas by excision and by fenestration. Fertil Steril 1999; 72: 322–4.
  23. Ouchi N, Akira S, Mine K et al. Recurrence of ovarian endometrioma after laparoscopic excision: Risk factors and prevention. J Obstet Gynaecol Res 2013; 40 (1): 230–6. doi: 10.1111/jog.12164
  24. Koga K, Takemura Y, Osuga Y et al. Recurrence of ovarian endometrioma after laparoscopic excision. Hum Reprod 2006; 21: 2171–4.
  25. Vignali M, Bianchi S, Candiani M et al. Surgical treatment of deep endometriosis and risk of recurrence. J Minim Invasive Gynecol 2005; 12: 508–13.
  26. Porpora MG, Pallante D, Ferro A et al. Pain and ovarian endometrioma recurrence after laparoscopic treatment of endometriosis: a long-term prospective study. Fertil Steril 2010; 93: 716–21.
  27. doi: 10.1016/j.fertnstert.2008.10.018
  28. Fedele L, Bianchi S, Zanconato G et al. Long-term follow-up after conservative surgery for bladder endometriosis. Fertil Steril 2005; 83: 1729–33. doi: 10.1016/j.fertnstert.2004.12.047
  29. Parazzini F, Bertulessi C, Pasini A et al. Determinants of short term recurrence rate of endometriosis. Eur J Obstet Gynecol Reprod Biol 2005; 121: 216–9. doi: 10.1016/j.ejogrb.2004.11.033
  30. Busacca M, Chiaffarino F, Candiani M et al. Determinants of long-term clinically detected recurrence rates of deep, ovarian, and pelvic endometriosis. Am J Obstet Gynecol 2006; 195: 426–32.
  31. doi: 10.1016/j.ajog.2006.01.078
  32. Liu X, Yuan L, Shen F et al. Patterns of and risk factors for recurrence in women with ovarian endometriomas. Obstet Gynecol. 2007;109:1411–20. doi: 10.1097/01.AOG.0000265215.87717.8b
  33. Ho HY, Lee RK, Hwu YM et al. Poor response of ovaries with endometrioma previously treated with cystectomy to controlled ovarian hyperstimulation. J Assist Reprod Genet 2002; 19: 507–11.
  34. doi: 10.1023/A:1020970417778
  35. Muzii L, Marana R, Caruana P et al. Postoperative administration of monophasic combined oral contraceptives after laparoscopic treatment of ovarian endometriomas: a prospective, randomized trial. Am J Obstet Gynecol 2000; 183: 588–92.
  36. doi: 10.1067/mob.2000.106817
  37. Seracchioli R, Mabrouk M, Frasca C et al. Long-term cyclic and continuous oral contraceptive therapy and endometrioma recurrence: a randomized controlled trial. Fertil Steril 2010; 93 (1): 52–56.
  38. doi: 10.1016/j.fertnstert.2008.09.052.
  39. Ota Y, Andou M, Yanai S et al. Long-term administration of dienogest reduces recurrence after excision of endometrioma. J Endometr 2015; 7 (2): 63–7. doi: 10.5301/je.5000219

Supplementary files

There are no supplementary files to display.

Statistics

Views

Abstract - 79

PDF (Russian) - 2

Cited-By


PlumX

Dimensions

Refbacks

  • There are currently no refbacks.


Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies