Pathological conditions caused by magnesium deficiency in women at different ages

Abstract

This paper presents a review of publications devoted to the conditions associated with magnesium deficiency in women. Considers the pathological processes occurring in different age and biological periods. Known role of the cation in the prevention of a number of obstetric complications such as premature labor, eclampsia, ischemic disorders of the central nervous system of the fetus. Well-grounded is the appointment of drugs of magnesium combined with vitamin B6 in the premenstrual tension syndrome, post-menopausal disorders. The complex of magnesium and pyridoxine has a protective effect by using combined hormonal contraception and menopausal hormone therapy, reducing the side effects of these drugs. The combination of magnesium drugs increases the efficiency of correction of osteoporosis. Thus, the use of magnesium-containing drugs in combination therapy to reduce the risk of some serious obstetric complications and help to cope with a number of states, reducing the quality of life of women.

Full Text

Роль магния в физиологических и патологических процессах, происходящих в организме, многомерна. Данный микроэлемент принимает участие в разных биохимических реакциях, влияет на активность магнийзависимых ферментативных систем, функционирование аденилатциклазной системы и воздействует на энергетические процессы, происходящие на клеточном уровне [1]. Проведенное в 2013 г. исследование в ряде городов России выявило высокую распространенность дефицита магния у женщин; при этом у беременных показатель недостаточности содержания данного элемента достигает 80,9% [2]. Низкий уровень магния при беременности способствует формированию высокого риска самопроизвольных выкидышей, преждевременных родов и связанных с ними осложнений [3, 4]. При этом преждевременные роды являются одной из ведущих причин перинатальной заболеваемости и смертности. Их частота составляет 5-10% и не имеет тенденции к снижению. Магний играет важную роль в синтезе гормональных пептидов, продуцируемых плацентарной тканью. В связи с этим его дефицит может приводить к формированию плацентарной недостаточности. В перинатологии известна нейропротективная роль магнийсодержащих препаратов [5]. Их использование снижает вероятность поражения центральной нервной системы у плода и новорожденного. По данным метаанализа, проведение во время беременности терапии сульфатом магния у женщин, имеющих высокий риск преждевременных родов, статистически значимо снижает вероятность ишемических нарушений у плода и формирование детского церебрального паралича [6]. Низкое содержание магния в организме при беременности ассоциировано с синдромом задержки развития плода [7]. Кроме этого, магния сульфат, согласно общепринятым рекомендациям, является медикаментом 1-й линии при проведении неотложной помощи беременным с преэклампсией и риском развития эклампсии [8, 9]. Ключевое место в патогенезе преэклампсии занимают повреждения эндотелия, нарушения проницаемости сосудистой стенки, микроангиоспазм, расстройства микроциркуляции, что неизбежно приводит к полиорганным нарушениям. Магний способствует стабилизации эндотелия, стимуляции синтеза оксида азота, конкурируя с кальцием, имеет антикоагулянтную активность, участвует в синтезе простациклина и способствует снижению уровня тромбоксана А2, в комплексе с пиридоксином уменьшает уровень гомоцистеина [1]. Использование магния в комплексной терапии понижает риск развития тромботических микроангиопатий. В проведенном исследовании было продемонстрировано положительное влияние комплекса цитрата магния с пиридоксином (Магне В6®) на уровень оксида азота и фибронектина у беременных с дисфункцией эндотелия, что, в свою очередь, способствовало уменьшению частоты тяжелых форм преэклампсии и перинатальных потерь [10]. Наряду с возникающими дисфункциональными нарушениями гипатоламо-гипофизарно-яичниковой системы была определена патогенетическая роль магния в развитии синдрома предменструального напряжения (предменструальный синдром - ПМС), под которым понимается сочетание разных симптомов как соматического, так и психоэмоционального характера, возникающих в постовуляторной фазе менструального цикла и исчезающих, как правило, с наступлением очередного цикла. Важное место в комплексной терапии ПМС занимают гормональные контрацептивы. Также в коррекции данного синдрома рекомендуется применять препараты магния, использование которых способствует улучшению результатов [11, 12]. В то же время комбинированные гормональные контрацептивы сами по себе приводят к снижению уровня магния в организме, а также витамина В6 [13]. Напротив, применение препаратов магния в сочетании с пиридоксином ведет к нивелированию побочных эффектов при данном виде контрацепции, а также менопаузальной гормональной терапии. У женщин после наступления менопаузы на фоне нейроэндокринных изменений нередко возникает дефицит магния, что усугубляет проявления климактерического синдрома. Это, в свою очередь, приводит к значимому снижению качества жизни пациенток. Существуют публикации, свидетельствующие о положительном терапевтическом воздействии препаратов магния в сочетании с витамином В6 у женщин с постменопаузальными нарушениями [14]. На фоне приема Магне В6® наблюдались нормализация уровня магния в организме женщины и изменение качественных признаков самочувствия. Отмечалось статистически значимое снижение модифицированного менопаузального индекса. Авторами было замечено, что данный препарат может рассматриваться как достойная альтернатива менопаузальной гормональной терапии у пациенток, имеющих противопоказания для назначения эстрогенсодержащих препаратов. Представляют интерес работы, демонстрирующие важную роль недостаточности магния в формировании дисплазии соединительной ткани (ДСТ) - полиорганной и полисистемной патологии, характеризующейся прогредиентным течением. В патогенезе ДСТ, как правило, лежит генетический дефект синтеза и/или катаболизма компонентов внеклеточного матрикса. ДСТ классифицируется на дифференцированные и недифференцированные формы [15]. ДСТ связана с развитием целого ряда патологических состояний у женщин, включая осложнения беременности [16]. Недостаточность магния приводит к усилению деградации коллагеновых волокон, образованию неполноценного коллагена из-за нарушения структуры и сборки коллагеновых волокон, относительному увеличению количества эластических волокон. В связи со сказанным, низкий уровень магния играет важную роль в патогенезе ДСТ. Существуют публикации, свидетельствующие о важном значении дефицита витаминов и микроэлементов, включая магний, в развитии остеопоротических изменений [17, 18]. Недостаточность магния ассоциирована с более низкими показателями минеральной плотности кости, при этом гипомагниемии сопутствовала гипокальциемия [19]. В то же время достаточное потребление магния и применение магнийсодержащих препаратов способствовали повышению уровня костной массы [20]. Адекватное в отношении содержания магния питание в течение беременности способствовало достоверному увеличению минеральной плотности кости у детей в первые годы жизни [21]. Среди пищевых продуктов наибольшим содержанием магния характеризуются овес, тыквенные семечки, пшеничные отруби, миндаль, кедровые и грецкие орехи, семена подсолнечника, какао, шоколад. Суточная норма потребления данного элемента составляет 6-8 мг/кг. Во время беременности потребность может увеличиваться в 1,5-2 раза. Согласно резолюции Международного экспертного совета «Дефицит магния в акушерстве и гинекологии» (2013 г.) диапазон референсных значений данного микроэлемента в сыворотке крови должен составлять 0,80-0,85 ммоль/л. Некоторые авторы считают, что определение уровня магния в сыворотке крови является мало информативным методом [22], так как значительная его часть содержится в костной ткани и лишь около 0,3% циркулирует в плазме крови [23]. Суточная доза потребления витамина В6 у небеременных женщин составляет 1,8-2 мг/сут и 2,3-2,5 мг/сут - у беременных и кормящих матерей. В то же время при некоторых патологических состояниях и заболеваниях, таких как кишечная инфекция, гастрит, а также нарушение питания, потребность в данном витамине возрастает. Уровень витамина В6 в организме оценивают по содержанию пиридоксальфосфата плазмы крови, нижняя граница референсных значений которого соответствует 20 нмоль/л [24]. Витамин В6 принимает участие во многих метаболических процессах, являясь кофактором ферментных систем [25]. Снижение содержания пиридоксина в организме ведет к нарушению белкового, жирового и углеводного обменов, функции нервной и иммунной систем, повышению концентрации гомоцистеина [26]. Признаки дефицита витамина В6 в организме неспецифичны и заключаются в повышенной раздражительности, тревожности, сонливости, утомляемости, возникают тошнота, дерматиты. Витамин В6 в достаточном количестве содержится в орехах, рыбе, печени, фасоли, бананах, цитрусовых, семенах подсолнечника. Несмотря на представительный перечень пищевых продуктов, содержащих магний и витамин В6, зачастую требуется дополнительное восполнение данных элементов питания. Среди препаратов, содержащих магний и пиридоксин, нашел широкое применение цитрат магния в сочетании с витамином В6 (Магне В6®). Магния цитрат является органической солью, обладающей хорошей растворимостью, что повышает усвоение организмом данного микроэлемента. Кроме этого, цитрат, участвуя в цикле Кребса, становится хорошим переносчиком катионов магния в клетку. Таким образом, применение магнийсодержащих препаратов в сочетании с пиридоксином в комплексной терапии позволяет снизить риск развития некоторых патологических процессов у женщины в разные возрастно-биологические периоды жизни и помогает справиться с рядом состояний, снижающих качество жизни пациентки.
×

About the authors

I S Zakharov

Kemerovo State Medical Academy of the Ministry of Health of the Russian Federation

Email: isza@mail.ru
650056, Russian Federation, Kemerovo, ul. Voroshilova, d. 22a

G A Ushakova

Kemerovo State Medical Academy of the Ministry of Health of the Russian Federation

650056, Russian Federation, Kemerovo, ul. Voroshilova, d. 22a

G I Kolpinskiy

Kemerovo State Medical Academy of the Ministry of Health of the Russian Federation

650056, Russian Federation, Kemerovo, ul. Voroshilova, d. 22a

References

  1. Дадак К. Дефицит магния в акушерстве и гинекологии. Акушерство, гинекология и репродуктология. 2013; 7 (2): 6-14.
  2. Громова О.А., Калачев А.Г., Трошин И.Ю. и др. Дефицит магния в акушерстве и гинекологии: результаты национального совещания. Акушерство, гинекология и репродуктология. 2014; 8 (2): 6-10.
  3. Спиридонова Н.В., Казакова А.В., Гусякова О.А. и др. Магниевая терапия в комплексном лечении женщин с угрозой прерывания беременности. Вопр. гинекологии, акушерства и перинатологии. 2011; 10 (3): 33-7.
  4. Crowther C.A, Hiller J.E, Doyle L.W, Haslam R.R. Australasian Collaborative Trial of Magnesium Sulphate (ACTO MgSO4) Collaborative Group. Effect of magnesium sulfate given for neuroprotection before preterm birth: a randomized controlled trial. JAMA 2003; 290 (20): 2669-76.
  5. Bruno V. Antidegenerative effecs of Mg2+ valproate in cultured cerebellar neurons. Funct Neurol 1995; 10 (3): 121-30.
  6. Mercer B.M, Goldenberg R.L, Moawad A.H. The preterm prediction study: effect of gestational age and cause of preterm birth on subsequent obstetric outcome. National Institute of Child Health and Human Development Maternal-Fetal. Medicine Units Network. Am J Obstet Gynecol 1999; 181: 1216-21.
  7. Tan Y, Zhang W, Lu B. Treatment of intrauterine growth retardation with magnesium sulfate. Zhonghua Fu Chan Ke Za Zhi 2000; 35 (11): 664-6.
  8. Report of the National High Blood Pressure Education Program Working Group on high blood pressure in pregnancy. Am J Obstet Gynecol 2000; 183: 1-22.
  9. Raman N.V, Rao C.A. Magnesium sulfate as an anticonvulsant in eclampsia. Int J Gynaecol Obstet 1995; 49 (3): 289-98.
  10. Джобава Э.М., Некрасова К.Р., Артизанова Д.П. и др. Дисфункция эндотелия и система гемостаза в группах риска по развитию акушерской патологии. Системный подход к диагностике и терапии. Акушерство, гинекология и репродуктология. 2013; 7 (1): 45-53.
  11. Лебедев В.А., Пашков В.М., Буданов П.В. Клиническое значение дефицита магния у женщин с предменструальным синдромом. Вопр. гинекологии, акушерства и перинатологии. 2008; 7 (1): 77-82.
  12. Межеветинова Е.А., Прилепская В.Н., Назарова Н.М. Роль магния в развитии предменструального синдрома. Гинекология. 2003; 5 (2): 67-72.
  13. Lussana F, Zighetti M.L, Bucciarelli P et al. Blood levels of homocysteine, folate, vitamin B6 and B12 in women using oral contraceptives compared to non - users. Thromb Res 2003; 112 (1-2): 37-41.
  14. Спиридонова Н.В., Басина Е.И., Крылова О.В. Сравнительная эффективность различных схем терапии климактерических расстройств. Акушерство, гинекология и репродуктология. 2012; 6 (3): 49-55.
  15. Кадурина Т.И. Наследственные коллагенопатии. Клиника, диагностика, лечение, диспансеризация. Спб.: Невский диалект, 2000.
  16. Шибельгут Н.М., Мозес В.Г., Захаров И.С., Колесникова Н.Б. Течение беременности и исходы родов у женщин с недифференцированными формами дисплазии соединительной ткани. Медицина в Кузбассе. 2009; 4: 28-31.
  17. Захаров И.С., Колпинский Г.И., Ушакова Г.А., Вавин Г.В. Роль оксидативного стресса в формировании постменопаузального остеопороза. Гинекология. 2014; 16 (1): 41-3.
  18. Погожева А.В. Значение макро - и микроэлементов пищи в оптимизации минеральной плотности костной ткани. Consilium Medicum. 2015; 17 (2): 61-5.
  19. Swaminathan R. Nutritional factors in osteoporosis. Int J Clin Pract 1999; 53 (7): 540.
  20. Ryder K.M, Shorr R.I, Bush A.J. Magnesium intake from food and supplements is associated with bone mineral density in healthy older white subjects. J Am Geriatr Soc 2005; 53: 1875-80.
  21. Jones G, Riley M.D, Dwyer T. Maternal diet during pregnancy is associated with bone mineral density in children: a longitudinal study. Eur J Clin Nutr 2000; 54 (10): 749-56.
  22. Taber E.B, Tan L, Chao C.R. Pharmacokinetics of ionized versus total magnesium in subjects with preterm labor and preeclampsia. Am J Obstet Gynecol 2002; 186 (5): 1017-21.
  23. Школьникова М.А., Чупрова С.Н., Калинин Л.А. Метаболизм магния и терапевтическое значение его препаратов. Пособие для врачей. М.: Медпрактика-М, 2002.
  24. Lui A, Lumeng L, Aronoff G.R, Li T.K. Relationship between body store of vitamin B6 and plasma pyridoxal-P clearance: metabolic balance studies in humans. J Lab Clin Med 1985; 106 (5): 491-7.
  25. Torshin I.Y, Gromova O.A. Magnesium and Pyridoxine: Fundamental Studies and Clinical Practice. NY: Nova Science, 2009.
  26. European Food Safety Authority, EFSA, 2006. Tolerable upper intake levels for vitamins and minerals. www.efsa.europa.eu/en/ndatopics/docs/ndatolerableuil.pdf

Statistics

Views

Abstract: 107

PDF (Russian): 30

Article Metrics

Metrics Loading ...

Refbacks

  • There are currently no refbacks.


Creative Commons License
This work is licensed under a Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 4.0 International License.

This website uses cookies

You consent to our cookies if you continue to use our website.

About Cookies